Андрей Зинченко: неизбежно ли существенное сокращение числа страховых компаний?


Андрей Зинченко: неизбежно ли существенное сокращение числа страховых компаний?

Среди небанковских финансовых рынков второе место по объему капитализации занимает рынок страховых услуг. Сегодня он состоит из 294 страховых организаций, 33 из которых занимаются страхованием жизни.

Разделение страховщиков на «лайфовых» и остальных обусловлено в первую очередь законодательством.

В период предыдущего пика развития финансовых рынков страхование как финансовая услуга активно внедрялось в общественное сознание как востребованный продукт.

Это ни в коем случае не означает, что усилия работников Госстраха советского периода по продвижению этого вида услуг в массы были недостаточны. Напротив – именно они создали тот базис, на котором уже в начале нового тысячелетия попытались прорости не только местные финансовые структуры, но и организации с иностранным капиталом – ведь страхование чисто статистически является достаточно неплохим бизнесом – об этом ниже.

Докризисные годы

Когда же стало очевидно, что в соединении с массовым распространением кредитования во всех его формах и видах норма прибыли от синергетического объединения кредитного и страховых продуктов может быть еще больше, страна увидела в прямом смысле слова сотни финансовых организаций.

У многих из почти 200 докризисных банков были собственные (хоть номинально – далеко не всегда) страховые компании, при обращении в которые за страховой услугой получить кредит становилось проще.

Всего же в докризисный период общее число страховых организаций выросло до 469! И это при том, что в советское время как-то справлялся и один Укргосстрах, эволюционировавший впоследствии в Оранту.

Идеальный докризисный заемщик, будь то физическое или юридическое лицо, должен был получить кредит под немалый процент и комплекс комиссий с залогом (ликвидность и оценка залогов того периода – вопрос отдельный, но тем не менее) и застраховать все возможные риски в дружественной страховой, юридический адрес которой, как правило, никого не интересовал.

Естественно, что все платежи по обслуживанию этого комплексного фактически продукта по сути единого поставщика проводились весь договорной срок и в конечном итоге могли составить очень нескромную сумму в процентах.

Бенефициары же что процентов, что страховых премий фактически были одни и те же.

Отчасти поэтому в дальнейшем банки и обязали указывать полную стоимость кредита, но это правило не распространялось на сопутствующие услуги. Страховые были обязаны публиковать отчетность, где важным элементом был процент выплат.

Скрытые угрозы

Отдельной проблемой, ярко характеризующей описанный симбиоз, являлось не всегда рьяное желание некоторых страховщиков исполнять свои обязанности по договорам в денежной форме.

Так, например, в случае нетотального страхового события с кредитным, застрахованным в придворной страховой автомобилем, нередким было предложение вместо выплаты возмещения или фактического ремонта на партнерском сервисе учесть оценочные суммы (часто спорные – об этом ниже) в счет будущих страховых платежей.

Т.е. реальных убытков страховая могла не нести вообще, отделавшись снижением фактических поступлений премий.

Но такое положение вещей устраивало не всех, особенно решившихся на кредитное авто людей, которые далеки от реалий автосервисов и поверили живописаниям менеджера по продажам страховых услуг при банке, который рассказывал, как в случае ДТП и авто эвакуируют, и сами на СТО отвезут, и получит клиент машину без лишних трудностей за неделю-другую.

Выяснение ситуации с юристом в таких случаях приводило к пониманию, что в месте продаж менеджер только занимал стул и стол, а юридически его организация находится, например, в столице (это было известно при подписании договора, но его обычно мало кто читает, а специально на это внимание клиента никто не обращал) и все споры необходимо вести либо письменно, либо лично, что дорого.

В случае суда таковой будет происходить по месту нахождения ответчика, т.е. страховой (предусмотрено законодательством), что так же требует накладных расходов, а в случае участия адвоката вообще становится вопрос об экономическом смысле такого спора.

Этот ход позволял склонять клиентов принять предложение страховщика о зачете стоимости ремонта по его расчету (а не устраивающую сумму тоже надо было оспаривать в суде, о механизме чего выше упомянуто), т.к. клиент в любом случае понимал, что платить-то до полного погашения кредита придется все равно и это какой-никакой выход, хоть и принудительный в общем-то. Имели место и прочие трудновыполнимые страхователем условия договора, превращавшие его фактически в бутафорию.

Продавцы воздуха?

В таких обстоятельствах у части потенциальных потребителей не могло не сложиться мнения, что страховые (а делить их на хорошие и остальные никто не собирался, да и не умел) продают чуть ли не воздух, а тут еще этим же людям начали предлагать заключать не всем понятные договоры накопительного страхования жизни в местах работы.

Последние особой популярностью у индивидуальных клиентов не пользовались. По оценкам агентов, из проведенных 1000 презентаций договор могли заключить 1-2 индивидуальных клиента, поэтому фокус лайфовых страховщиков переместился на корпоративный сегмент, где все происходит по понятным причинам быстрее, а в отдельных случаях даже без ведома самих застрахованных.

Автор консультировал людей, которые утверждали, что не подписывали никаких договоров, но тем не менее удержания с заработной платы присутствовали.

Сладкие корпоративные

Но у страховой медали, естественно, есть и вторая сторона. Наиболее желанным для любого страховщика являются стабильные корпоративные клиенты: от пассажирских (в каждом билете на любой вид транспорта включена стоимость страховки – всегда из требуйте и никогда не выбрасывайте билет до конца поездки, даже в маршрутном такси) и грузовых перевозок до сельскохозяйственных концернов и промышленных производств.

Существуют также льготные предложения для потребителей страховых услуг из окружения таких клиентов. Их страховые события, в случае возникновения, как правило, оформляются достаточно быстро и размеры оценки ущерба не сильно расходятся с реальностью – убытки от таких страховых случаев меньшее зло нежели потеря корпоративного клиента, который может уйти к конкурентам всем предприятием, если ему в 8-й раз за год не оплатят полную замену ветрового стекла Мерседеса жены председателя правления на фирменной станции после маленького скола на трассе. Мерседес же застрахован по льготному тарифу полного КАСКО без франшиз и учета износа, и формально владеет им сам концерн.

Естественно, что общий праздник страхования будет оплачен конечным потребителем, т.к. будет включен в себестоимость продукции корпоративного клиента.

Полярные примеры осознано приведены с некоторыми перегибами, хотя и взяты из практики. Но истина, как известно, в статистике регулятора рынка финансовых услуг.

Немного статистики

По итогам 2017 такая статистика утверждает, что валовые страховые премии по отношению к ВВП в 2017 году были аналогичны таковым в 2016 году и составили 1,5%.

Однако в 2008-м этот показатель был 2,7%, а в 2005-м – 2,9%! При этом чистых страховых премий в 2017-м – 1% ВВП, в 2008-м -1,8%, 2005-м -1,7%.

В денежном выражении валовые страховые премии в 2017 году составили 43 431 млн грн.

При этом по итогам 2015 года таковых только было 29 736 млн грн. Из них по страхованию жизни 2 914 млн грн в 2017 году и 2 187 млн грн в 2015 соответственно. При этом уровень чистых страховых выплат в 2017 году составил 36%. Запомним эти цифры…

Справедливости ради надо заметить, что в 2013 году уровень чистых выплат составлял 21,1%, а в 2012 – 24,5%, а вот в 2008-м – 41% при 31,4% в 2007-м и 26,5 – в 2006 году (а ранее – еще меньше, что и манило иностранный капитал в начале миллениума).

Однако автор не припоминает, чтобы в 2008 году звучали жалобы страховщиков на бизнес.

Зато в 2009-м уровень чистых страховых выплат достиг пика в 50%. Причины вполне очевидны – застрахованные в прошлом события продолжили статистически происходить, а вот валовые премии к 2008 году просели в грн на почти 15%. Да и оценки ущерба подросли.

Форма растет, а суть?

Для оценки общей динамики рынка сравним валовые страховые премии в 2012 году – 21 508 млн грн против 43 431 млн грн в 2017-м. Проведя коррекцию на реальную инфляцию или хотя бы на курс иностранной валюты с той же инфляцией несложно заметить, что рынок сжался почти в 1,5 раза.

При этом в 2012 было зарегистрировано 414 страховых организаций из которых 62 лайфовых и 352 прочих. В 2017-м же всего страховщиков осталось 294 из которых 39 лайфовых и 271 остальных.

На первый взгляд пропорция примерно соблюдена, но важнейшей характеристикой рынка является показатель концентрации.

В 2009-м году 200 страховщиков контролировали 98% нелайфового страхования, в 2012-м топ 200 контролировали 91% страховых премий, в 2017-м 99,5% нелайфового рынка контролируют только 150 страховщиков. При этом 88% рынка контролируется 50 страховщиками, а 63% – всего 20-ю. 10 страховщиков контролируют 43,8 % рынка! В 2009-м году топ 20 страховщиков контролировали 49%, топ 50 – 75%, а 100 – 90,3%.

Абсолютный пик числа страховщиков наблюдался по понятным причинам в 2008 г – 469 организаций. Очевидно, что немалая часть из них существовала в основном на бумаге или для очень узкоспециализированных задач основателей, а контроль 88% рынка всего 50 организациями сегодня намекает, что число страховщиков, вероятно, снизится еще.

Особенно учитывая, что в числе действующих все еще есть такие, у которых, по отзывам клиентов, со страховыми выплатами ситуация похожа на ситуацию с выдачей депозитов у ряда выведенных с рынка банков перед признанием их неплатежеспособными.

Завтрашний день

Важно отметить, что страховая услуга как таковая, особенно в случае реального ее предоставления, не утратила популярности у клиентов.

Добровольное имущественное страхование составляет более 59% рынка, еще 7,5% – это опять же добровольное страхование ответственности.

Местами добровольное с оговорками, но тем не менее – добровольное.

При этом заметно эволюционировали каналы реализации. Вышеописанный симбиоз банков и страховщиков видоизменился. В посткризисном периоде отдельные банки получают до половины доходов в виде комиссий за реализацию страховых услуг, т.к. являются точкой концентрации потенциальных платежеспособных клиентов.

По отзывам участников рынка с 2014 года заметно оживился интерес (вплоть до прямой инициативы) клиентов банков к приобретению самых разных страховых услуг в т.ч. страхованию жизни вне кредитных и прочих «обязывающих» процедур.

Т.е. сам рынок фактически вполне жив, но номинальных участников уж больно много при фактически небольшом числе реально весомых игроков. Нечто отдаленно подобное мы совсем недавно наблюдали в банковском секторе, и чем все закончилось – вы в курсе.

С короткой справкой можно ознакомиться на странице с говорящим адресом http://www.fg.gov.ua/not-paying, а так же здесь.

И если НБУ сегодня заявляет о практическом завершении очистки банковского рынка от неоднозначных лицензиатов, то страховой рынок, вероятнее всего, ожидает не менее активное внимание регулятора в лице профильной национальной комиссии.

Андрей Зинченко, доктор философии в области экономики, доцент кафедры финансов Национального университета судостроения, магистр государственного управления (MPA)

  • i

    Если Вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам об этом.

  • !

    Колонка отражает исключительно точку зрения автора и может не совпадать с мнением редакции. Публикация колонок осуществляется согласно Правил, а Finance.ua выполняет лишь роль носителя. Копировать эти авторские материалы можно только при наличии ссылки на автора и Finance.ua.

Смотри также
В Контексте Finance.ua
Опросы