Черный квадрат ПриватБанка


Черный квадрат ПриватБанка

Сегодня исполняется год с момента перехода крупнейшего банка страны под контроль государства. Национализация ПриватБанка уже потребовала вливания в капитал 140 млрд грн бюджетных денег, и сумма затрат на эту дорогую «игрушку» будет только расти, поскольку бывшие владельцы и заемщики банка делают все возможное, чтобы не платить «по счетам». Власть демонстрирует свою слабость и становится удобной мишенью для атак.

Пафос, с которым власть национализировала ПриватБанк, за год полностью улетучился. Теперь это не трофей, а постоянный источник проблем для самого ПриватБанка, Минфина и Нацбанка, а также для государства в целом. Привлекательная идея «госбюджет вливает деньги в капитал банка, а потом его бывшие собственники Игорь Коломойский, Геннадий Боголюбов и связанные с ними лица группы «Приват» все компенсируют» быстро превратилась в отравленную пилюлю.

«Собственники сами обратились к правительству с просьбой войти в капитал банка, а также взяли на себя обязательства по содействию спокойной передаче банка в госсобственность, а также обязательства по реструктуризации портфеля, который компенсирует расходы государства, понесенные во время перехода банка в собственность государства», – обещал в декабре 2016-го министр финансов Александр Данилюк. Коломойский и Боголюбов действительно подписали обращение к правительству, в котором обещали реструктуризовать кредитный портфель до июля.

Это обещание тогда убедило власть отказаться от сценария «ликвидация» и избрать вариант «национализация системного банка». Это не только позволяло избежать дестабилизации финансовой системы, но и якобы было наименее затратным способом решения проблемы банка.

Ноша налогоплательщиков

С момента покупки ПриватБанка за 1 грн государство докапитализировало его на 139,3 млрд грн. В декабре 2016 и июле 2017 года в него было вложено 65,5 млрд грн гривневых гособлигаций (у Минфина нет «живых» денег для поддержки госбанков), а в декабре 2016-го и феврале 2017-го – 73,8 млрд грн ОВГЗ, привязанных к курсу доллара. Еще 16 млрд грн Минфин обещал банку до конца этого года, но НБУ намекнули, что эта докапитализации переносится на начало 2018 года.

«Оценку мы дадим после того, как ПриватБанк переоценит свои активы. Сейчас все еще в процессе. Мы хотим, чтобы до конца года этот процесс завершили и чтобы аудиторы подтвердили эту оценку. И уже после этого будет приниматься решение, нужна ли дополнительная инъекция капитала в банк. Но так как решение правительства есть (по эмиссии на 16 млрд грн. – Ред.), то это будет технический момент», – сообщила заместитель главы НБУ Катерина Рожкова. Она добавила, что переход ПриватБанка на стандарт МСФО 9 не вынудит его проводить допэмиссию акций: «ПриватБанку она точно не нужна – практически весь портфель обесценен в ноль».

Суммарно это 155,3 млрд грн «мгновенных» затрат. Остальные расходы государства растянуты во времени. Ведь ОВГЗ выпускались с доходностью 6-10% годовых на срок до 17 лет, поэтому только на выплату процентов по госбумагам Минфин потратит еще 184,5 млрд грн, подсчитывал аналитик ICU Михаил Демкив. В случае девальвации расходы госбюджета по индексированным госбумагам будут расти на 2,7 млрд грн на каждую 1 грн ослабления курса выше уровня 27 грн/$.

Именно эти расходы государства, по мнению Данилюка, обещали компенсировать экс-владельцы банка до 1 июля. Новый менеджмент ПриватБанка даже заплатил команде консультантов во главе с Rothschilds, чтобы они договорились с Коломойским и Боголюбовым о погашении кредитного портфеля связанных лиц. Но переговоры ни к чему не привели. А экс-акционеры подали в суд на государство, апеллируя к тому, что это не они должны платить, а им должны заплатить за банк.

Ископедия

В ноябре подданный Ее Величества Королевы Великобритании Геннадий Боголюбов обвинил Украину в «незаконной экспроприации» его активов и потребовал вернуть ему долю в банке, а также все вклады, которые были конвертированы в капитал по процедуре bail-in. Фактически он потребовал отменить национализацию банка и вернуть все в состояние до неплатежеспособности. Если государство не выполнит ультиматум Боголюбова, он будет передан в международный суд.

В украинский суд еще летом поступило похожее заявление Коломойского, который обвиняет государство в спланированной рейдерской атаке на банк с целью его покупки всего за 1 грн. Как и господин Боголюбов, он также делает акцент на том, что в декабре 2016 года действовал в интересах клиентов банка, и лишь спустя время осознал, что именно НБУ «расшатывал» банк.

И это только вершина видимой части айсберга, который приближается к ПриватБанку. Против него поданы сотни исков. На начало осени только исков по оспариванию связанности с банком было подано 42, еще в 25 случаях оспаривалась процедура bail-in (конвертация в капитал денег связанных лиц). Две сотни исков касались портфеля «трансформационных» кредитов приблизительно на 150 млрд грн, которые экс-владельцы банка должны были летом повторно реструктуризовать.

К международному суду готовятся держатели еврооблигаций ПриватБанка на сумму $375 млн. «Если бы банк не был национализирован, а просто был бы отправлен в Фонд гарантирования и потом ликвидирован, то держатели еврооблигаций не получили бы ничего. Это объективно, потому что активов в этом банке, которые можно было бы продать и рассчитаться по этим облигациям, просто-напросто не было в таком количестве», – утверждает Катерина Рожкова.

Семье Суркисов уже удалось доказать свою несвязанность с ПриватБанком и начать процедуру взыскания 1 млрд грн. Если ПриватБанк проиграет остальные иски, «чек» национализации подорожает еще минимум на 29,4 млрд грн.

Нацбанк понимает, что ПриватБанку может понадобиться рефинансирование в случае выполнения решений судов. Но пока он помогает банку не допустить негативный сценарий. «Мы, как вы знаете, подали заявление в Национальное антикоррупционное бюро по поводу этих решений (по Суркисам. – Ред.). Мы обратились в Высший совет правосудия, мы считаем, что суд не принял во внимание аргументы, которые давал Нацбанк. Более того, суд предписал вернуть денег в два раза больше, чем попало под bail-in. Мы считаем, что решение должно быть пересмотрено и поэтому продолжаем бороться. Подали кассацию в третью инстанцию», – отмечает Катерина Рожкова.

Но это защита, а контратаки государства пока выглядят откровенно слабыми. Генеральная прокуратура и Нацполиция расследуют доведение ПриватБанка до неплатежеспособности экс-собственниками и бывшим менеджментом банка, но никому из них не предъявлены подозрения. «Нет единого механизма, который бы работал против бывших собственников, поскольку банк большой и там, насколько я понимаю, осталось много людей, лояльных бывшим собственникам», – констатирует руководитель аналитического отдела ИК Concorde Capital Александр Паращий.

Ситуация неоднозначная для всех участников истории. «Если Коломойский и Боголюбов совершали действия, которые разрушали стоимость банка, то где в это время был регулятор? – удивлен Александр Паращий. – По-хорошему виноваты все». Вопросы есть и к аудитору PwC.

Нацбанк рассчитывал, что forensic audit ПриватБанка, который призван доказать вывод денег, завершат в октябре. Но сроки прошли. «Мы только в начале мая смогли приступить к работе. Наши партнеры и коллеги, которые работают над форензик-аудитом, говорят о том, что такого масштабного объекта и предмета для расследования они еще не встречали. Мы ждем и очень ускоряем наших партнеров, но точную дату мне назвать сложно», – ответила Катерина Рожкова.

Коломойский не ждет результатов аудита, а уже пытается исками «связать руки» AlixPartners и Kroll, которые проводят forensic, чтобы итоги аудита не приняли иностранные суды. «Какая цель у государства? Если цель – это наказать Коломойского, открыть против него международное преследование, то, наверное, это может быть перспективно в том случае, если действительно forensic audit что-то серьезное найдет, – считает Александр Паращий. – Но мы видим со стороны Коломойского атаки на саму суть этого аудита, претензии к тому, что у его участников есть конфликт интересов». И если раньше экс-владельцы банка никак не реагировали на действия НБУ, то их текущая активизация может означать, что они хотят «делегитимизировать выводы» forensic.

А пока в СМИ обсуждаются анонимные обвинения в нарушениях, допущенных в ходе forensic audit, в частности о якобы утечке информации о клиентах в Россию. «Я не понимаю, откуда такая информация. Кто идентифицировал утечку информации? Банк это отрицает, просто кто-то пытается спекулировать на этой теме. Тем более что «утечка» в Россию. Это в то время, когда в стране война, гибнут мирные люди, наши военные? Это мне напоминает историю, когда два года назад говорили, что из НБУ вывозят золотовалютные резервы из подвалов», – сказала Рожкова.

Слабые места

НБУ и ПриватБанк уже полгода «обезглавлены». Глава НБУ Валерия Гонтарева с мая находится в отпуске и возвращаться на Институтскую не собирается. А глава ПриватБанка Александр Шлапак уволился в июле. После этого набсовет банка нанял рекрутеров Amrop для поиска нового руководителя.

«Это был очень серьезный отбор, очень много кандидатов. Мы не вмешивались в процесс, – рассказала Катерина Рожкова. – Мы надеемся, что до конца года наблюдательный совет определится с кандидатом окончательно и назначит постоянного председателя правления».

Им мог стать нынешний генеральный директор Альфа-Банка Иван Свитек, но он отказался. Кандидат № 2 согласился с предложением и, по информации FinClub, уже утвержден набсоветом, но так как он является иностранцем, сейчас проходит проверка документов и юридическое оформление контракта. «Сомневаюсь, что мы успеем все согласовать до конца года. Я думаю, имя нового руководителя мы назовем уже после Нового года», – пояснил источник. Документы на согласование нового главы правления в Нацбанк еще не поступали. «Сначала набсовет назначит предправления ПриватБанка, который будет исполняющим обязанности, а в течение трех месяцев необходимо подать документы на согласование кандидатуры в НБУ», – сказала Катерина Рожкова.

Текущую ситуацию в ПриватБанке регулятор оценивает позитивно. «Результаты работы банка позволили ему выйти на положительный операционный поток. Он очень хорошо поработал со структурой обязательств, сократил почти на треть процентные расходы и на сегодняшний день при прочих равных условиях рефинансирование ему не нужно», – утверждает Катерина Рожкова.

За январь-октябрь 2017 года ПриватБанк получил убыток 909 млн грн. И это при том, что Минфин начислил банку купонный доход по ОВГЗ на 6,2 млрд грн (почти треть его процентного дохода). Задолженность по рефинансированию, которую ПриватБанк по просьбе НБУ не спешит погашать полностью, с начала года сгенерировала банку расходы в 2,3 млрд грн. Для примера: по всем срочным депозитам физлиц ПриватБанк с начала года заплатил проценты на 10,2 млрд грн.

Но долгосрочного плана действий у ПриватБанка сейчас нет. Компания McKinsey подготовила ему стратегию, но власть не спешит одобрять ее. «Стратегия ПриватБанка уже готова. Ее отдали на согласование и утверждение в Минфин. Но Минфин не готов ее утверждать и обнародовать, пока не будет готова новая стратегия всех госбанков, а ее еще нет», – поясняет источник FinClub.

Относительно вероятности приватизации ПриватБанка Александр Паращий говорит о необходимости для этого «политической воли», которая слабо просматривается в контексте продажи любых госбанков. С ПриватБанком может сложиться уникальная ситуация: в долгосрочной перспективе власть запланирует его продажу, а в краткосрочной перспективе состав акционеров банка могут попытаться определить украинские и международные суды.

Вячеслав Садовничий, Виктория Руденко

  • i

    Если Вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам об этом.

Также по этой теме: Кредит&Депозит
Смотри также
Весь рынок:Кредит&Депозит
Все, что мы знаем про:ПриватБанк
Топ новости
Обсуждают

Читают

В Контексте Finance.ua