Когда мы перестанем следить за курсом доллара?


Когда мы перестанем следить за курсом доллара?

Курс – одна из самых посещаемых (если не самая) страничка сайта НБУ. Курс доллара, кажется, волнует украинцев больше, чем наличие вакцин на складах, чем имя районного главы, чем предметы на выбор в средних школах. Политика Нацбанка по переходу к инфляционному таргетированию на каждом публичном мероприятии встречает реакцию «Это все понятно, но каким именно будет курс доллара?» Вопрос курса, точнее, его абсолютного значения, действительно считает для себя важным практически каждый. Почему?

Для среднего украинца (не бизнесмена, не валютного трейдера), вопрос доллара упирается в вопрос функций денег, которых, как известно, насчитывается три основных:

- Мера стоимости (сравнить пиццу и квартиру можно, сравнив их цены)
- Средство платежа (самая прямая функция денег – оплата товара или услуги)
- Средство сбережения (человек, получая доходы, затем распределяет их на текущее потребление и сбережения, и именно сбережения обычно считаются источником для инвестиций в экономику)

Рассмотрим, как гривна выполняет функции денег, и где именно ее подменяет валюта.

С мерой стоимости у гривны пока все в порядке, как минимум для относительно малоценных товаров – никто не будет оценивать батон в долларах. А вот квартира, автомобиль или зарплата обычно оценивается в валюте, а не в гривне. Даже госчиновники время от времени, говоря о желаемом уровне зарплат для учителей или врачей (гривневые затраты бюджета), делают такие оговорки, называя долларовый эквивалент. Само по себе измерение «в попугаях» не приносит вреда – пока не становится «якорем» для ожиданий. Как только стоимость начинают повально измерять в валюте – именно валютный курс приобретает в глазах людей больший вес, чем другие факторы, которые зачастую могут сильнее повлиять на реальную стоимость предметов (квоты, акцизы, налоги, технологии, пр.).

Валюта как средство платежа в Украине под запретом – но исследования показывают, что теневой сектор (41% официального ВВП по оценкам МЕРТ) находит пути обхода этого ограничения. В долларах могут оплачиваться, например, работы, услуги, некоторые товары (металлолом, янтарь, некоторые контрабандные поставки), оборот которых слабо контролируется фискальными органами.

Доллары как средство сбережения – для Украины не новость. После гиперинфляции, которую страна пережила в 90-е доллар все время занимал существенную долю в депозитной корзине, а две последующие волны девальвации только усилили эту роль. Не последним фактором стало то, что депозиты – по сути единственный (кроме недвижимости и золота) вариант вложения средств в Украине для широкого круга людей. Финансовые услуги – управление активами, рынок акций, рынок облигаций – в Украине долгое время пребывали в зачаточном состоянии, а выход на иностранные рынки или, наоборот, вход в Украину иностранных компаний и фондов, до сих пор строго ограничен регулированием, которое досталось стране в наследство от раннего периода пост-СССР. Пока банки принимали валюту на депозиты и выплачивали проценты, казалось, ничего страшного в такой ситуации нет – но падение экономики привело к тому, что надежность банковского сектора оказалась под большим вопросом, и население резонно начало перекладывать сбережения из гривневых депозитов в наличный доллар.

Лимит на покупку наличных, введенный НБУ, и сбор 2% в Пенсионный фонд с покупки иностранной валюты ограничить валютные операции не смог – зато в Украине снова возник черный рынок, казалось бы, понятие, которое за годы экономического роста в стране успели забыть довольно прочно.

Черный рынок – характерная особенность многих стран, где государство пытается ввести или поддерживать жесткое регулирование. При введении или поддержании государством искусственных ограничений цены или объемов рынка любого товара – продуктов, алкоголя или валюты, развитие черного рынка – только вопрос времени, и никакая институциональная способность государства не в состоянии помешать его возникновению, если официальные операции «зажаты в тиски». Даже в СССР, где махина репрессий была налажена как часы, а за валютные операции могли расстрелять, на черном рынке умудрялись продавать и покупать доллары. При этом официальный курс (по которому доллары не продавали), и тот, по которому можно было реально купить доллар на черном рынке, отличались в разы. Венесуэла, где валютный обмен также строго ограничен, столкнулась с многократной разницей реального и «черного» обменного курсов уже в новейшей истории.

Пока в Украине разница между «черным» и официальным курсом достигала 15-20% только в период наивысшей волатильности, но черный рынок уже продемонстрировал, что ликвидность на нем запросто может быть выше, чем на официальном: если в 2013 году население покупало валюту в банках на сумму порядка 1,6 млрд. дол. в месяц, то в 2015 году после введения ограничений и сбора в ПФ, эта сумма сократилась до 57 млн. дол. на официальном рынке. Соответствует ли это реальным оборотам рынка, когда как грибы растут обменные пункты, а на сайтах появляются заявки на покупку и продажу? Очень сомнительно.

Математическая модель поведения рынка показывает, что в период кризиса 2014-2015 гг. доллар как средство платежа в обороте увеличился на 4-7 млрд. долларов (больше, чем транши МВФ). Смоделированный по нескольким экономическим индикаторам, оборот валюты составляет в месяц порядка 1,2 млрд. долларов (немного меньше, чем до кризиса, но в десятки раз больше, чем показывает официальная статистика).

Таким образом, ограничения и сбор в ПФ, вместо того, чтобы улучшать предсказуемость и регулируемость валютного рынка, наоборот, просто либо уводят операции «в тень», либо сохраняют статус-кво для тех операций, которые уже были теневыми. Для людей становится выгодным купить валюту на «черном» рынке – там не требуют уплаты 2% взноса в пенсионный фонд, не просят показать паспорт, не ограничивают покупку суммой в 12 тыс грн. Это просто и доступно. И люди идут на риск быть обманутыми, ограбленными, получить фальшивые деньги, просто чтобы не связываться с официальным обменом, где, кроме прочего, возникает своеобразный эффект рекурсии – может просто не оказаться достаточного количества наличной валюты в отделениях банков как раз из-за перетекания операций и ликвидности из банковской системы на «черный рынок». Ограничения не временные, но которые сохраняются годами, таким образом, подрывают доверие к валюте и вместо улучшения ситуации, могут только усугубить доларизацию.

Каким может быть рецепт снижения доларизации? Ответ на этот вопрос потребует возврата к функциям денег, но в любом случае кардинально улучшить ситуацию прямо сейчас, к сожалению, не получится. Выстраивание политики поддержки национальной валюты (не в смысле фиксированного курса, а в смысле замещения иностранной валюты в сознании и в обороте), как и любое национальное строительство, – дело долгосрочное, и основанное в первую очередь на доверии, а не на ограничениях. Чтобы гривна исполняла роль средства сбережений, необходима, во-первых, экономическая стабилизация и рост, во-вторых – доступные альтернативы банковским депозитам (акции, бумаги фондов, корпоративные облигации). Эти альтернативы могут возникнуть только если будет адекватный уровень защиты права собственности и защиты мелкого инвестора от рыночных манипуляций и махинаций. Чтобы гривна более активно исполняла роль средства платежа, а бизнес не закупал впрок иностранную валюту, он должен иметь возможность хеджировать валютные риски по понятным ставкам и на понятные сроки. Кроме того, если гривна станет популярным средством сбережения – принимать доллары в оплату станут менее охотно, да и незачем.

Что же касается меры стоимости, и в принципе долларового «якоря» для ожиданий людей – тут должна сыграть свою роль политика НБУ по инфляционному таргетированию. Люди смотрят на прогнозы валютного курса, в уме уже просчитывая, сколько будет стоить бензин, еда, аренда квартиры. Но дело в том, что в этом случае они подменяют валютой свой настоящий «таргет» – инфляцию. В США, например, за неимением курса доллара, население смотрит на цену на бензин. Действительно, в Украине цены зависят от валютного курса. Но, во-первых, эта зависимость справедлива не для всех товаров, во-вторых, есть существенный лаг по времени, во время которого может измениться баланс спроса и предложения, а соответственно, и цена, в-третьих, влияние других факторов в результате люди склонны недооценивать. К примеру, повышения тарифов на электричество, может через перенос этих тарифов в цены на воду, товары и услуги, сильнее ударить по карманам населения, чем снижение курса гривны на 50 копеек. Падение нефти может сильно понизить стоимость топлива, которое используют аграрии, и в результате подешевеют продукты питания. Таких примеров можно найти множество. Если НБУ преуспеет в политике гибкого курса и таргетирования определенного (низкого) уровня инфляции – ценовая стабильность рано или поздно подвинет курсовой «якорь» в сознании людей, и это также будет способствовать снижению роли доллара.

А наличные ограничения и взнос в Пенсионный фонд пора отменять, так как приносят они только прибыли хозяевам теневых обменок. Это, к сожалению, вряд ли уничтожит моментально черный рынок, операции на котором проводит не только население, но и бизнес, но как минимум сузит широкий канал сбыта «черных» долларов и понизит его ликвидность.

Мария Репко

  • i

    Если Вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам об этом.

Смотри также
Сервис подбора кредитов
  • Отправьте заявку
  • Узнайте решение банка
  • Подтвердите заявку и получите деньги
грн
Заказать кредит онлайн
Топ новости
Обсуждают

Читают

В Контексте Finance.ua