Анатомия нищеты


Анатомия нищеты

Пока правительство никак не решится на «непопулярные» реформы, не проводя под этим предлогом вообще никаких, в стране стихийно происходит одно не слишком популярное преобразование: украинцы беднеют. Этот процесс набирает все большие обороты, и теперь, после упущенных месяцев, властям придется приложить немало усилий, чтобы не допустить скатывания деловой активности и доходов населения до уровня 1990-х годов. Нынешнее обнищание украинцев кроме незаурядной глубины имеет разнообразные проявления и причины, анализ которых позволяет понять, чего ожидать дальше.

Скудные доходы

В 2014 году номинальные зарплаты и пенсии повысились в среднем на 8-12%. Однако очевидно, что, учитывая обвал курса гривны и стремительный рост цен покупательная способность этих доходов существенно упала. Но насколько?

Если ориентироваться на долларовый эквивалент, то зарплаты и пенсии в 2014-м потеряли 40-45% в зависимости от того, какой курс считать: межбанковский (более 15,5 грн/$ на начало декабря) или на черном рынке (почти 17 грн/$).

В таком многочисленные трудовые доходы скатились до уровня 2006 года (см. «Свободное падение»), что ниже показателя кризисного 2009-го. Но в контексте покупательной способности ориентироваться на уровень восьмилетней давности не совсем правильно. Прежде всего потому, что тогда наблюдался бум кредитования, который обеспечил дополнительные 9,6% ко всем активным и пассивным доходам. Зато в 2014-м население больше погашает старые займы, чем берет новые – за три квартала это вымыло около 2% его доходов. Это различие в тенденциях является ключевым для рынков некоторых товаров. Например, если в 2006-м в Украине продавали в среднем 40-50 тыс. новых легковых автомобилей за месяц, то в 2014-м – 5-7 тыс., что почти в восемь раз меньше. Такой спад можно заметить и на рынках других товаров долгосрочного спроса. Он свидетельствует о том, что украинцы массово отказываются от крупных покупок или откладывают их на неопределенное время.

Еще одно отличие – как население экономит. Если восемь лет назад 11,6% всех активных и пассивных доходов направлялось на депозиты и вложения в ценные бумаги (еще треть – на сбережения в иностранной валюте), то в этом году украинцы закрывают депозиты, на другие же формы сбережений приходится совсем мало. Так, за три квартала 2014-го из банков было изъято эквивалент 10% всех годовых доходов (гривневые и валютные вклады на более 120 млрд грн по курсу на момент изъятия). Конечно, часть этих денег положили под матрас или вывели за границу, но, вероятно, значительную потратили на то, чтобы поддержать объем потребления, к которому уже привыкли за многолетний период «улучшение» от Януковича – Азарова. Такое поведение было присуще потребителям и в кризисный 2009 год, но тогда оно не успело получить инерции. Зато на этот раз, очевидно, будет иначе. Если экономический спад затянется, а он по крайней мере перейдет в 2015-й, с чем в своих прогнозах соглашается даже правительство, вскоре большинство украинцев исчерпают свои сбережения. Ведь депозиты 85% вкладчиков не превышают 20 тыс. грн. Этих денег хватит только на полгода-год для поддержания адекватного уровня потребления, а для людей, которые потеряли работу или кормят семью, – на еще меньший период. После чего для многих наступит настоящая нищета со всеми вытекающими последствиями для уровня социального напряжения и карты электоральных предпочтений. К сожалению, власть игнорирует такую перспективу.

На доходы населения также заметно влияет война на Донбассе. Хотя уровень номинальных зарплат и пенсий и вырос в течение 2014 года, в нем не учтены люди, потерявшие работу, и пенсионеры в Донецкой и Луганской, к которым пенсия просто не доходит. В целом речь о почти 3 млн занятых (свыше 15% всех занятых в Украине) и 2,1 млн пенсионеров (более 16%) Донбасса. Значительная часть из них потеряла свои доходы. Госстат отчитывается, что общий уровень безработицы в Украине в 2014-м увеличился на 1-1,5 п. п. Но с учетом того, что в последние месяцы промышленность, торговля и строительство упали относительно прошлогодних показателей в 2,5 раза в Донбассе и в 7-8 раз в Луганской (образование, здравоохранение и другие нефинансовые услуги сокращаются несколько медленнее, но все же достаточно быстро), это затрагивает около 2 млн занятых, большинство из которых либо полностью потеряло работу и соответственно зарплату, или формально числится, но заработка не получает (им оформляют отпуск за свой счет и т.п.). Сотни тысяч пенсионеров Донбасса также под вопросом, ведь появляется информация о том, что пенсии многим адресатам, проживающих на контролируемых боевиками территориях, не доходят. Однако сколько пенсионеров, которые потеряли единственный источник дохода, никто не говорит. В итоге мы видим, что два или даже три миллиона жителей этого региона реально потеряли основные источники дохода и не могут купить хотя бы буханку хлеба. Им приходится выживать на сбережения, если таковые имеются. А если нет, то занимать, рассчитывать на помощь волонтеров или просить милостыню, в конце концов. Это существенно меняет потребительские настроения в Украине, ведь многие граждане сейчас отдают нуждающимся, часть и без того небольшого дохода.

Ограниченные расходы

Долларовый эквивалент доходов и количество лиц, работающих и получающих пенсию, не вполне отражают уровень жизни населения и степень его падения. Надо учитывать, что цены не на все товары и услуги, которые потребляют украинцы, привязаны к доллару. Поэтому обесценивание гривны отражено в ценах лишь частично. По данным Госстата, в ноябре индекс потребительских цен (ИПЦ) вырос на 21,8% за год. Это среднее значение по экономике, которое является общепринятым измерителем инфляции в стране. Если отталкиваться от него, то реальные зарплаты и пенсии, то есть покупательная способность доходов, за год снизились только соответственно на 12% и 5% (см. «Свободное падение»). Но реально большинство людей скажет, что это не соответствует действительности. Почему так?

Причина заключается в том, что потребительский набор большинства людей, которые получают невысокие зарплаты и пенсии, существенно отличается от тех средних значений, которые принимают во внимание при расчете ИПЦ. Так, за прошлый год почти две трети совокупных расходов домохозяйств в стране пошло на еду, одежду и жилье. Фактически, если отделить небольшой процент состоятельных людей, которые могут позволить себе и другие расходы, это означает, что большинство украинцев имеют только эти три статьи расходов, подтверждающие результаты социологических опросов. По данным компании GfK, в III квартале 2014-го оценка населением своих доходов показала, что 11% украинцы вынуждены экономить даже на еде, еще 23% на продукты денег хватает, но не хватает на одежду и обувь, 41% не имеет проблем с едой и одеждой, но не может себе позволить хороший костюм или мобильный телефон. Итак, динамика цен на еду, одежду и жилищно-коммунальные услуги определяет уровень покупательной способности абсолютного большинства (по крайней мере ¾ украинцев).

По данным Госстата, за последние 12 месяцев продукты питания и безалкогольные напитки подорожали на 21,0%, то есть меньше, чем вырос общий уровень цен. Но и эта цифра вызывает сомнения. Если взять цены на социально значимые товары, которые мониторит Минэкономразвития, то на 28 ноября 2014 го в среднем по Украине килограмм говядины стоил 67,8 грн (цена выросла на 25% по сравнению с 20 сентября 2013 года; данных за ноябрь 2013 года нет, поэтому приходится сравнивать с сентябрьскими с учетом того, что за сентябрь – ноябрь 2013 года они практически не изменились), свинины – 57,9 грн (22%), курятины – 30,48 (42%), пшеничного хлеба – 6 , 36 грн (33%), пшеничной муки – 5,79 (32%), гречневой крупы – 11,14 (79%), вареных колбас – 41,22 грн (26%). Много социально значимых товаров существенно подорожали, стоимость только некоторых повысилась на 20-22%, как указывает Госстат. Упали в цене только овощи: картофель (10%), капуста (21%), морковь (-31%), свекла (-22%), лук (-29%). Но может ли это существенно повлиять на общий уровень цен пищевых продуктов – вопрос риторический. Как тут не вспомнить Николая Азарова, который, комментируя высокую инфляцию, то сказал: «Но капуста подешевела». Учитывая, что расходы на продукты составляют более половины всех расходов украинцев, значительное их подорожание ударило по реальным зарплатам и пенсиям значительно больше, чем на это указывает официальная статистика.

Цены на одежду и обувь выросли на 13,4%. Это также сомнительный показатель, если учесть, что, пожалуй, большую часть товаров этого сегмента Украина импортирует, а следовательно, рассчитывается за них в твердых валютах. Но особенно заметен рост жилищно-коммунальных тарифов. Официально он равнялся 32,7% за год по состоянию на ноябрь. Всем известно, что существенно увеличилась стоимость практически всех услуг. Но, во-первых, большинство тарифов пока не приведены к экономически обоснованному уровню, который, например, в случае с природным газом растет с каждым новым падением курса гривны. То есть такая динамика будет продолжаться уменьшать покупательную способность населения. Во-вторых, хотя расходы на жилищно-коммунальные услуги в среднем по Украине составляют 9,5% совокупных расходов населения, эта доля крайне неоднородна. Как-то новоизбранного депутата во время общения с избирателями спросили: «Как прожить на пенсию 949 грн, выплачивая ежемесячно 600-700 грн за отопление?». Что загнало его в ступор. Но этот вопрос актуален для миллионов украинцев, получающих низкую зарплату или пенсию и при этом должны платить за отопление зимой по 600-700 грн, а во многих случаях более 1 тыс. грн ежемесячно. Соответственно рост тарифов на отопление, в меньшей степени на электроэнергию и другие услуги очень бьет по карманам украинцев, реально превращая многих из них практически на нищих. Государство должно немедленно взяться за решение этой проблемы с помощью адресных социальных выплат.

Если учесть влияние на реальные доходы роста в цене самых необходимых товаров, то получится, что уменьшение объемов потребления пищи и одежды имеет объективные причины, хотя спрос в этих сегментах очень неэластичен. Что касается других статей расходов, то о падении на соответствующих рынках говорить не приходится. О сокращении автомобильного рынка говорилось выше. В ноябре 2014-го в Украине было продано 6,8 тыс. легковых автомобилей, что на 56% меньше, чем в ноябре 2013 года, который также был сложным. Авторынок опустился до показателей 1990-х годов. Подобные, но не столь резкие тенденции наблюдаем на рынке бытовой техники и электроники. Так, по данным GfK, в августе продажи товаров, выраженный в евро, уменьшился на 35,2%, темпы падения ускорялись постепенно начиная с февраля – марта. Некоторые сегменты упали даже в гривневом эквиваленте, хотя цена в нацвалюте выросла из-за девальвации. Например, за первое полугодие 2014-го рынок компьютерной техники потерял в гривне 11,5%, офисной – 19,2%, фототехники – 36,4%.

Понятно, что с уменьшением покупательной способности доходов украинцы прежде отказываются от товаров длительного пользования. Хотя рынок товаров повседневного спроса (FMCG) также понес потери. По данным GfK, уже в первом полугодии 2014-го общий объем их покупки уменьшился на 4% и только за счет повышения цен рынок вырос на 3% в гривневом выражении. В дальнейшем темпы спада, очевидно, только ускорялись. Общий негатив в нынешнем потреблении и ожиданиях относительно будущего выражает индекс потребительских настроений, который рассчитывает GfK. В октябре он составил 54,3 пункта, что более чем в полтора раза ниже, чем год назад. Индекс опустился до кризисных показателей конца 2008-го – начало 2009-го. Собственно, общественные потребительские настроения отражает и официальная агрегированная статистика. По данным Госстата, в III квартале конечные потребительские расходы домохозяйств в Украине в натуральном измерении уменьшились на 13,2% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года (во II квартале падение было куда более медленным и составило 2,3%). По темпу падения мы находимся в 2009 году, когда потребительские расходы домохозяйств уменьшались на 14-16%. Однако на этот раз имеем одно большое отличие: снижение потребления и рост уровня бедности только набирают обороты. И никто не знает, как быстро это закончится.

Вот и получается, что с революционными изменениями в Украину пришла бедность, которая без глубоких и всеобъемлющих реформ экономики растет с каждым месяцем. С обесцениванием гривны за чертой бедности, определенной ООН для стран Центральной и Восточной Европы, составляет $5 в день по паритету покупательной способности, официально оказалось около 10% украинцев. Хотя реально их доля намного больше.

Любомир Шавалюк

  • i

    Если Вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам об этом.

Рейтинг популярности материала «Анатомия нищеты» на Finance.ua - 4.2
В Контексте Finance.ua