Что осталось от бизнес-империи Павла Лазаренко


Что осталось от бизнес-империи Павла Лазаренко

Через месяц после публикации этой статьи первый из украинских премьеров, поплатившийся за свои преступления, покинет исправительное учреждение Terminal Island. 1 ноября 2012 года закончится американская тюремная эпопея Павла Лазаренко, длившаяся с перерывом на домашний арест более 13 лет.

В октябре 1999-го президент Леонид Кучма подвел итог предпринимательской карьеры бывшего премьера в газете «Факты». «Лазаренко фактически сформировал монополию на газ, был близок к этому на рынке хлеба и спирта, активно захватывал недвижимость, заводы, контроль над банками. Думаю, через год‑другой он «приватизировал» бы всю страну», – писал Кучма.

Сколько можно было «наприватизировать» в Украине середины 1990‑х? Власти США заморозили на счетах экс‑премьера и его структур около $280 млн. С таким капиталом в списке богатейших украинцев Лазаренко в 2012 году занял бы лишь 29‑е место. Народный депутат Григорий Омельченко, возглавлявший в 1990‑е парламентский комитет по борьбе с коррупцией, утверждает, что счета – лишь вершина айсберга. По его данным, состояние Лазаренко превышало $2 млрд. Судя по тому, что нам известно сегодня, это не преувеличение.

Летом 1996 года Лазаренко, незадолго до этого возглавивший Кабинет Министров Украины, пригласил президентскую чету на свою дачу в Пуще‑Водице. «Я ему говорил, что, перед тем как звать Кучму с женой в гости, надо поинтересоваться, а есть ли на их даче ставок с беседками?! – вспоминает бывший заместитель губернатора Днепропетровской области Виталий Киряш. – А Лазаренко ко всему еще и расставил по дому музейные подсвечники».

Чувство меры никогда не было сильной стороной Лазаренко, вознесенного на вершины украинской политики благодаря счастливому стечению обстоятельств.

До развала СССР уроженец села Карповка на Днепропетровщине делал обычную номенклатурную карьеру: был председателем колхоза имени Калинина, начальником райсельхозуправления, заведовал отделом сельского хозяйства и пищевой промышленности Днепропетровского обкома КПУ.

Днепропетровская область, буквально нашпигованная оборонными и металлургическими заводами, была вотчиной «красных директоров». Как аграрному функционеру удалось стать ее руководителем? Все дело в политической конъюнктуре, говорит политтехнолог Андрей Золотарев, который в 1996 году помогал Юлии Тимошенко избраться в Верховную Раду.

Первый президент Украины Леонид Кравчук плохо ладил с днепропетровским кланом. «Руководители оборонных, химических и металлургических предприятий Днепропетровской области на дух не переносили Кравчука, которого считали предателем СССР и националистом», – рассказывает Золотарев. В марте 1992 года Кравчук под нажимом «красных директоров» согласился назначить своим представителем в области (аналог нынешней должности губернатора) председателя Днепропетровского горисполкома Валерия Пустовойтенко. Тот уже принимал поздравления.

Каково же было изумление Пустовойтенко, когда в опубликованном указе вместо своей он увидел фамилию Лазаренко. «Президент одним махом решил проблему с днепропетровским кланом, противопоставив промышленникам чуждого им агрария», – заключает Золотарев.

Даже враги Лазаренко, обвиняющие его в коррупции, казнокрадстве и убийствах, признают: он был сильным руководителем. «Благодаря ему в городе были построены мост через Днепр, автовокзал, пущен метрополитен», – отмечает днепропетровский бизнесмен Геннадий Корбан. С середины 2000‑х он судится со структурами Лазаренко за днепропетровскую недвижимость.

«Лазаренко у многих вызывал неприязнь, потому что тормошил и заставлял работать», – поясняет бывший зампред Службы безопасности Украины Юрий Самойленко. «Хамоватый, жесткий, а иногда жестокий руководитель, который мог моментально решить любой рабочий вопрос», – добавляет бывший мэр Донецка Владимир Рыбак. В окружении Лазаренко за ним закрепилось прозвище Хозяин.

На посту президентского представителя Хозяин не терял времени даром. В 1994 году Верховная Рада создала комиссию для проверки деятельности Черноморского морского пароходства. «Занимаясь этим делом, я случайно нашел открытые в 1993–1994 годах счета Лазаренко в польских, швейцарских и американских банках, на которые поступали деньги днепропетровских бизнесменов», – рассказывает Омельченко, входивший в комиссию.

Как было устроено взаимодействие власти и бизнеса при Лазаренко? В начале нулевых один из его ключевых партнеров Петр Кириченко сообщил американскому суду, что за «сотрудничество» Хозяин требовал 50% в прибыли и 50% в капитале опекаемого бизнеса. По такой схеме, к примеру, с Лазаренко работали директор агрофирмы «Наукова» (Днепропетровская область) Николай Агафонов и директор днепропетровского ресторана «Старая башня» Алексей Дитятковский.

Дитятковский не просто пошел под крышу Лазаренко, но и стал одним из руководителей теневой бизнес‑империи чиновника. Ее ключевыми звеньями были фирма «Днепронефть», инвесткомпания «Энергия» и банк «Земельный Капитал», соучредителем которых выступал Дитятковский. Во время ваучерной приватизации эти структуры и связанные с ними компании скупали наиболее привлекательные предприятия Днепропетровска – заправки, магазины, кафе и рестораны.

Одним из совладельцев «Днепронефти» значился Леонид Гадяцкий – личный шофер Лазаренко. Это имя не единожды всплывает в списке учредителей разных компаний, за которыми стоял Лазаренко. На Гадяцкого, в частности, было записано 16,6% акций ключевых компаний – акционеров ПриватБанка: «Сентоза», «Солм» и «Вист».

Как выяснила прокуратура в конце 1990‑х, со временем у «Днепронефти» появилась еще одна важная функция. Компания стала посредником в расчетах между аграрными и металлургическими предприятиями Днепропетровской области и «Днепроблэнерго». Потребители расплачивались за электричество своей продукцией по заниженным ценам, а посредник поставлял ее на экспорт уже по справедливой стоимости. Из прибыли от таких операций финансировался импорт нефтепродуктов и продуктов питания.

Другим конфидентом губернатора была Наталья Донец. Ее муж Анатолий был кумом Лазаренко. Донец руководила «Риелторской компанией «Дом», на балансе которой находилась вся недвижимость, доставшаяся Лазаренко в ходе приватизации.

Лазаренко извлекал прибыль из разных отраслей и предприятий. Так, какую‑то часть дохода приносила аптечная сеть, включавшая в себя, по оценке Корбана, не менее сотни точек. «В начале 1990‑х фирма «Накоста» экспортировала в Казахстан подсолнечное масло, – вспоминает Золотарев. – За ней тоже стоял Лазаренко».

Когда компаниям, входившим в зону влияния Лазаренко, требовались деньги, в кабинете председателя правления ПриватБанка Сергея Тигипко раздавался телефонный звонок, рассказывает Корбан. Поди откажи такому «просителю». Хорошие отношения с хозяином области не раз помогали приватовцам. В середине 1990‑х Лазаренко позволил им приватизировать «Днепронефтепродукт», на балансе которого было две нефтебазы и сеть АЗС. Так группа стала крупнейшим игроком на топливном рынке Днепропетровской области.

Слава крепкого, пусть и нечистого на руку хозяйственника гремела далеко за пределами Днепропетровщины. Экономика шла ко дну, и в сентябре 1995 года Кучма перевел энергичного губернатора в Киев, назначив его первым вице-премьером, который заодно курировал ТЭК. У президента не было недостатка в информации о художествах Лазаренко. По словам Омельченко, в июле 1995‑го он лично докладывал Кучме о заграничных счетах чиновника, но тот свел разговор к шутке.

На новой работе Лазаренко остался верен принципу «энергично хозяйствовать и себя не забывать». Начал он с передела самой прибыльной отрасли украинской экономики – внутренней торговли газом. Помимо прочего это было вызвано требованиями со стороны «Газпрома» навести порядок в расчетах. В конце 1995 года все регионы были поделены между тремя посредниками, поставлявшими газ промышленным потребителям. Две самые богатые области – Днепропетровская и Донецкая – были закреплены за компанией «Единые энергетические системы Украины» (ЕЭСУ). Во главе ЕЭСУ стояла Юлия Тимошенко, до этого работавшая «под Лазаренко» на нефтяном рынке Днепропетровщины.

На пике развития ЕЭСУ обслуживала 2000 предприятий, выстраивая длинные бартерные цепочки. С «Газпромом» тоже расплачивались бартером. «Мои люди просматривали километровые спецификации в поисках товаров, – вспоминает бывший вице‑президент ЕЭСУ Олег Беспалов, отвечавший за сбыт газа. – А Тимошенко толкала их в Россию, иногда по фантастическим ценам».

Какую роль в бизнесе ЕЭСУ играл Лазаренко? Вот показательный пример. Когда в конце 1996 года «Газпром» отказался поставлять топливо без предоплаты или госгарантий, правительство Лазаренко без проволочек оформило гарантию на $200 млн.

По оценке Беспалова, оборот ЕЭСУ в 1996‑м превышал $10 млрд. Правда, эта сумма включала в себя расчеты внутри бартерных цепочек. Косвенное представление о масштабах бизнеса ЕЭСУ дает другая цифра: в 1996–1998 годах корпорация и две аффилированные с ней компании перечислили на счета Лазаренко более $160 млн. В документах американского суда эти отчисления будут названы «платой Лазаренко за протекцию газотрейдеру на украинском рынке». Швейцарскому следствию Лазаренко сообщал, что брал с опекаемых бизнесов 8–11% их выручки.

Подмять под себя Донецкую область оказалось гораздо труднее. Во‑первых, это был единственный регион, где ЕЭСУ пришлось работать через местного посредника – «Индустриальный союз Донбасса». Во‑вторых, местная элита дала отпор ставленнику Лазаренко Сергею Полякову. В августе 1996‑го «донецкие» добились, чтобы замом Полякова был назначен их выдвиженец Виктор Янукович.

Вторым по значимости после газа источником дохода стал для Лазаренко‑премьера бизнес с россиянином Константином Григоришиным, утверждает Корбан. От Лазаренко это направление курировал Кириченко, назначенный официальным советником премьера. «Они контролировали почти все облэнерго в стране», – утверждает бывший зампред правления «Львовоблэнерго» Александр Гудыма. Контроль Лазаренко распространялся и на несколько горно-обогатительных комбинатов, в частности на Марганецкий ГОК, свидетельствовал в лондонском суде Игорь Коломойский, у которого в 2007 году рассматривалась там тяжба с Григоришиным.

Падение Лазаренко было таким же стремительным, как и взлет. Он нажил себе врагов не только в Донецке, но и в Киеве. По словам Самойленко из СБУ, окружение стало нашептывать Кучме, будто Лазаренко метит на его место. Бондаренко уточняет, что речь идет о секретаре Совета национальной безопасности и обороны Владимире Горбулине и Дмитрии Табачнике, до декабря 1996‑го руководившем Администрацией президента.

Кучму и самого раздражали амбиции премьера. «Одной из причин, по которой президент снял c поста главы Фонда госимущества Юрия Еханурова, было то, что он стал выполнять поручения Лазаренко», – говорит бывший зам Еханурова Александр Бондарь. По закону ФГИ подчиняется напрямую президенту. Сам Ехануров сказал Forbes, что в то время не знал о коррупционной деятельности премьера.

Летом 1997 года Лазаренко был снят с должности, в сентябре 1998‑го Генпрокуратура возбудила против него уголовное дело, в декабре бывшего премьера арестовали в Швейцарии. Выйдя из тюрьмы под залог, он после непродолжительного пребывания на родине бежал в Америку, где и нашел пристанище на долгие 13 лет.

Конгломерат разношерстных бизнесов, объединенных лишь неусыпным контролем Лазаренко, начал разваливаться сразу после его отставки. Первым делом Кучма распорядился вышвырнуть ЕЭСУ из газового бизнеса.

Чуть дольше продержался совместный бизнес с Григоришиным. Руководство Марганецкого ГОКа вышло из‑под контроля Лазаренко после его бегства за границу, говорится в показаниях Коломойского лондонскому суду. Григоришин не нашел времени дать комментарии для этого материала.

«Я Паше так ничего прощать не собирался», – сказал Forbes в феврале 2011 года днепропетровец Виктор Пинчук, враждовавший с Лазаренко с середины 1990‑х. Уже находясь под домашним арестом в Америке, экс‑премьер дал интервью российской «Независимой газете», в котором обвинил Пинчука, что тот «незаконно присвоил» почти все, чем владеет. Что он имел в виду? В 2003‑м Пинчук приобрел на аукционе контрольный пакет Никопольского завода ферросплавов (НЗФ). В материалах американского суда за 2008 год говорится, что Лазаренко «был активно вовлечен в операции на НЗФ». По его указанию предприятие перечислило $2,4 млн за границу. В итоге деньги достались одной из структур Лазаренко.

Не дремали и недавние союзники. Бывший подчиненный и младший партнер Лазаренко Киряш перечисляет имущество Хозяина в Днепропетровске, перешедшее под контроль владельцев и союзников группы «Приват»: макаронная и табачная фабрики, центральный универмаг, здание министерства черной металлургии УССР, гостиницы «Астория» и отель «Аксельхоф». Киряш утверждает, что последний был построен на деньги Лазаренко и Дитятковского. Владельцем отеля считался Геннадий Аксельрод, который в 1990‑е годы был правой рукой Дитятковского в «Днепронефти», где отвечал за недвижимость. В апреле 2012‑го Аксельрод был убит. Сразу после убийства товарищ Аксельрода Корбан намекал, что заказчик преступления – Лазаренко.

1349175329

«Сегодня» / УНИАН, Укринформ, rada.gov.ua, DR

Отступились от патрона и ближайшие партнеры: Кириченко и Дитятковский выступали как свидетели обвинения в американском суде.

Лазаренко тяжело «разводился» и с Донец, которая контролировала множество ценных объектов недвижимости через «Риелторскую компанию «Дом». По словам Киряша, Лазаренко был ее партнером с долей свыше 50%. Однако в 2006 году адвокаты экс‑премьера попытались вытеснить Донец из бизнеса. Та попросила подключиться к спору Корбана. По его словам, с тех пор между ним, Донец и Лазаренко идут судебные разбирательства. Предмет спора – около 200 000 кв. м недвижимости: отели, магазины, админздания.

Последним из «обоймы» выпал Киряш, семья которого владела небольшой долей в «РК «Дом». Теперь ему приходится вести тяжбы за это имущество и с Лазаренко, и с Корбаном.

Похоже, на свободе Лазаренко может рассчитывать только на свои сбережения, еще не арестованные американцами, если таковые имеются. Домой дороги нет. В Украине его ждут, чтобы предъявить обвинения в заказных убийствах.

«Касса» Павла Ивановича

На чем зарабатывал и на что влиял Лазаренко

Энергетика

Областные распределительные компании

Лазаренко создал схему бартерных расчетов, благодаря которой подконтрольная ему фирма «Днепронефть» получила право требовать оплату с должников «Днепроблэнерго» – предприятий пищевой, сельскохозяйственной, химической и прочих отраслей. Те рассчитывались товарами. В материалах американских судов указано, что в 1993–1996 годах «Днепронефть» перечислила на счета Лазаренко по меньшей мере $5 млн. «Лазаренко контролировал практически все украинские облэнерго», – утверждает Александр Гудыма, в середине 1990‑х – зампред правления «Львовоблэнерго».

Металлургия

Марганецкий и Орджоникид­зев­ский ГОКи, НЗФ

В ходе сертификатной приватизации младшие партнеры Лазаренко Петр Кириченко и Константин Григоришин скупили 40% акций Марганецкого горно‑обогатительного комбината. Бывший водитель Лазаренко Леонид Гадяцкий стал акционером Орджоникидзевского ГОКа. Днепропетровский бизнесмен Геннадий Корбан утверждает, что Лазаренко контролировал не только марганцевые ГОКи, но и Никопольский завод ферросплавов.

Финансы

ПриватБанк, банк «Земельный Капитал», СК «Страховой дом» и «Оранта‑Днепр»

В середине 1990‑х 16,6% акций ПриватБанка опосредованно владел Гадяцкий. Такие же пакеты были у пяти других акционеров – Игоря Коломойского, Геннадия Боголюбова, Александра Мартынова, Леонида Милославского и Сергея Тигипко. Гадяцкий не участвовал в управлении банком, но, по словам Корбана, банк безвозвратно выдавал кредиты структурам, подконтрольным Лазаренко, по первому требованию. В частности, агрофирма «Наукова» в конце 1990‑х получила от ПриватБанка ссуду на 100 млн гривен (более $50 млн по курсу 1997 года). Влияние Лазаренко распространялось также на банк «Земельный Капитал», страховые компании «Страховой дом» и «Оранта‑Днепр».
Недвижимость

«Риелторская компания «Дом»

В результате «малой» приватизации «Риелторская компания «Дом» стала к 1998 году собственником десятков магазинов, аптек, ресторанов, АЗС, административных зданий Днепропетровска. Бывший замгубернатора Днепропетровской области Виталий Киряш утверждает, что ее основным владельцем был Лазаренко. «Около двухсот тысяч квадратных метров площади», – оценивает Корбан масштаб риелторского бизнеса Лазаренко.

Сельское хозяйство и пищепром

Губинихский сахарозавод, Верхнеднепровский крахмало‑паточный завод, Днепропетровский комбинат хлебопродуктов, агрофирма «Наукова»

Зарегистрированная на островах Антигуа и Барбуда компания Nemuro Industrial Group, фигурировавшая в судебном деле Лазаренко, в 1990‑е годы через аффилированные компании в Украине стала собственником десятков агропромышленных предприятий, утверждают авторы книги «Феномен Лазаренко: злодей или гений?», подготовленной по заказу оппонентов Лазаренко.

Телекоммуникации

«Киевстар»

Представители «Киевстара» открещиваются от каких бы то ни было связей с Лазаренко. Есть повод усомниться. С середины 1990‑х до начала 2000‑х в числе владельцев оператора значилась компания «Омега», среди учредителей которой – младший партнер Лазаренко Наталья Донец, управлявшая его бизнесом в Днепропетровске. Офисы «Омеги» и Донец находятся по одному адресу, а бывший директор «Омеги» Константин Авдеев был телохранителем Лазаренко. Позже среди совладельцев «Омеги» фигурировала и Nemuro Industrial Group, аффилированная с Лазаренко.

Медиа

«Ютар», «Правда Украины», «Днепропетровская правда», «Заря», «11 телеканал», «Киевские ведомости»

После прихода в Кабмин в 1995 году Лазаренко в полной мере осознал силу «четвертой власти». К лету 1996‑го под его контролем оказались газеты «Киевские ведомости» и «Финансовая Украина», утверждает политолог Кость Бондаренко. На парламентских выборах 1998 года Лазаренко и его «Громаду» поддерживали телекомпания «Ютар», «11 телеканал» (Днепропетровск), газеты «Правда Украины», «Днепропетровская правда», «Заря» (Днепропетровск). Авторы книги «Феномен Лазаренко» утверждают, что могущественный премьер пытался взять под контроль влиятельный политический еженедельник «Зеркало недели».

Кэш

На счетах Лазаренко, арестованных американскими властями, заморожено $280 млн. Почти две трети этой суммы были перечислены украинскими газотрейдерами, которым покровительствовал экс‑премьер. Больше других на счета Лазаренко перевели корпорация ЕЭСУ и связанные с ней структуры. Сегодня это основной капитал Лазаренко, на который также претендуют американское и украинское правительства.

Источник: Forbes, СМИ

Федор Орищук

  • i

    Если Вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам об этом.

Смотри также
Рейтинг популярности материала «Что осталось от бизнес-империи Павла Лазаренко» на Finance.UA - 2.1
Топ новости
Обсуждают

Читают

В Контексте Finance.UA